Подарок

Автор: Alexandr вкл. . Posted in Народные вести

ПодарокВсе началось с того, что Дашин муж не ушел делать подарки. Не то чтобы не хотел принципиально или жадничал, просто вечно тащил в дом что-нибудь полезное. Будь то Восьмое марта, Дашин день рождения или, как сейчас, Новый год — под ворохом цветной бумаги неизбежно оказались пылесос последней модели, умопомрачительных достоинств утюг, доска для шинковки капусты, новые чехлы в машину. Покупка обговаривалась и выбиралась, чуть ли не за месяц до торжества, ее великолепные качества и «соответствие моменту» обсуждались за каждым ужином — и никакого сюрприза и, соответственно, никакой радости не получалось.

Даша хотела, чтобы подарок был как снег на голову — какая-нибудь глупость, ерунда, стоящая копейки, но так, чтобы она до последнего момента не знала, что ее ждет. Нелепый клоун в свисающем на бок колпаке, турецкая шаль, в которую можно закутаться с головы до пят или крохотная деревянная шкатулка ручной работы, в каких женщины обычно хранят свои драгоценности. Правда, «драгоценностей» в их семье не водилось — их-то как раз рациональный и практичный Игорь предметами, достойными дарения, не считал. Она бы поставила ее на ночной столик и любовалась тонким узором, трогала шероховатое теплое дерево руками, оставляла под резной крышкой записки со смешными пожеланиями самой себе. Конечно, гораздо интереснее обмениваться такими шутливыми посланиями друг с другом. Но это тоже не в стиле Игоря. Он способен черкнуть два слова на обрывке газеты в двух случаях: если задерживается на работе или идет навещать свою любимую мамочку.
Свекровь у Даши была «дама приятная во всех отношениях», но подружиться у них за три года Дашиного замужества так и не получилось. Под внешней благосклонностью и приветливостью скрывалось извечное желание двух конкурирующих «фирм» обставить друг друга и победить в борьбе за единственного клиента. Плюс разница в возрасте, образе жизни, взглядах, привычках... В итоге Игорь, классический маменькин сынок, проводил вечера по очереди — то у жены, то у мамы. А все праздники, это было решено раз и навсегда, они неизменно встречали в помпезно и безвкусно обставленной квартире его родителей.
Робкие Дашины попытки хотя бы на Новый год вытащить мужа в компанию сверстников или, на худой конец, пригласить гостей к себе в дом каждый раз оборачивались неудачей. В конце концов они даже елку перестали ставить, и к Дашкиной тоске по карнавально-яркому, полному неожиданностей веселью до утра добавилась ностальгия по смоляно-апельсиновому запаху в прихожей, исколотым хвоей пальцам и серебристому перезвону елочных шаров.
Вот и сегодня Игорь с утра у родителей. Потеет у мясорубки, пылесосит ковры, наряжает внесенную с балкона зеленую красавицу. Ей же выданы полдня на уборку, 2 часа на парикмахерскую, час на прочие сборы и полчаса на такси. В такой день ее не очень-то поймаешь — все куда-то несутся, как оголтелые. Будто там, за боем курантов, начнется иная жизнь. Добрая и хорошая, какой не было прежде. Даше новой жизни хотелось, а вот куда-то бежать — нет, и в парикмахерскую идти — тоже нет. И Даша решила плюнуть на все и пойти сделать себе подарок.
У нее была заначка совсем смешная — три тысячи. Работая в библиотеке, больше не сэкономишь, а муж карманными деньгами Дашу не баловал. Но если к ней добавить сумму, выделенную на прическу и такси, — это уже будет кое-что. Во всяком случае, она сможет быть свободной хотя бы в рамках этих небольших денег.
Даша нырнула в старенькую дубленку, сунула во внутренний карман кошелек и вприпрыжку побежала вниз по лестнице. Первым делом Даша отправилась в магазин «Подарки», но там все было расфасовано, уложено и обернуто целлофаном на вкус продавцов. И никто не хотел продавать ей отдельно ни фарфоровую танцовщицу, ни «черепаховый» гребень. В «Галантерее» она увидела шкатулку, о которой мечтала, но то ли дерево, из которого ее сделали, было последним деревом на планете, то ли Даша просто отстала от жизни и от современных цен, купить она могла разве что кусочек инкрустированной крышки этого труда. И Даша вышла в темноту улиц ни с чем. Настроившись на радость и сюрпризы, Даша не могла вот так взять и отказаться от своей прекрасной затеи. «Раз я не могу подарить себе ничего вещественного, я буду наслаждаться свободой», - решила она и повернула в сторону центральной площади, где уже вовсю сверкало и бабахало, кружилась на подиуме елка и толпились кучками румяные (то ли от мороза, то ли от выпитой водки) любители народных гуляний. Она прослонялась в эпицентре веселья почти час, но оказалось, что без компании здесь делать нечего. Даша чувствовала себя еще более одинокой, чем персонажи русских сказок из аллеи ледяных скульптур...
«Девушка!» Она не сразу поняла, что окликают именно ее, а, обернувшись, удивилась еще больше: у стены серого ничем не примечательного дома стоял самый настоящий Дед Мороз. На мужчине была красная шелковая шуба, шапка, отороченная белым мехом, на грудь крупными кольцами спускалась роскошная борода, за спиной незнакомец держал аккуратно связанную, чуть припорошенную снегом елку. «Девушка, - голос у Деда Мороза был совсем не стариковский, - Вам елочка не нужна?» Даша раскрыла было рот, чтобы сказать «да», но смутилась. Истолковав ее нерешительность как отказ, владелец елки снял ношу с плеча и, наклонившись к Даше, добавил уже не так громко: «Бесплатно. Я ее своим мальчишкам купил – мы с женой в разводе, - а, оказалось, их новый папа уж сам об этом позаботился».
«Спасибо, - растерявшаяся Даша взяла елку, которая оказалась совсем легкой. - А Вы что, из добрых услуг? - кивнула она на странный наряд незнакомца». - «Да нет – это тоже для пацанов, хотелось поздравить их как-нибудь поинтереснее. Студентом в народном театре играл. Вот и вспомнил молодость» - «А где Вы учились?» Они продолжали идти рядом, и елка каким-то чудесным образом успела перекочевать с Дашкиного плеча обратно на плечо Деда Мороза». – «Я? В»… Он назвал учебное заведение , она тоже закончила этот вуз, и случайное совпадение почему-то обрадовало и растревожило Дашу. «А на каком факультете? Нет, погодите – в каких спектаклях Вы были заняты?» Заядлая в те легкие, дозамужние годы театралка, она не пропустила ни одной постановки и знала всех «звезд» институтской сцены – смешно об этом вспоминать. Дашкин спутник рассмеялся: «В Гамлете», в «Собаке на сене»… Она уже не слушала. Веничка Полянский! Точно, тот самый Веничка, в которого были влюблены девчонки всех шести факультетов от первого курса до последнего. Разумеется, она тоже не была исключением, и только подушка знала, сколько Дашкиных слез было пролито в свое время по поводу Веничкиной «слепоты».
Хорошо, что Даша жила недалеко от центра. В автобус с елкой было не влезть, в такси – его начинал было ловить Дед Мороз – тем более. И если бы остановок, которые они отшагали пешком, оказалось не четыре, а восемь или больше, Новый год застал бы странную пару в пути. Но Даша жила там, где жила, и они ввалились в темную, безжизненную прихожую без пяти минут двенадцать. Мельком бросив взгляд на оставленную на трюмо Игорем записку: «Дарья! Это уже сверх всякой меры. Приезжай немедленно!» и даже не сбросив дубленку, она бросилась к холодильнику, где хранилось шампанское на завтра. Бокалы были пыльными, никто не собирался пить из них сегодня и, ополаскивая их, Даша впопыхах расколола один о мойку… «К счастью», - улыбнулся Дед Мороз. Без шубы и бороды он был гораздо симпатичнее и, главное, точно Венечкой, она отгадала.
До того, как часы начали бить положенные двенадцать ударов, они еще успели открыть банку шпрот и сорвать крышку с коробки «Птичьего молока». Никогда, ни разу в жизни прежде у Даши не было такого вкусного, такого замечательного Нового года. Венечка декламировал отрывки из своих прошлых ролей, учил ее танцевать неаполитанское танго. Они жгли свечи и загадывали желания, сверяли линии судьбы и читали мысли по глазам. Сразу после двенадцати, словно по мановению волшебной палочки, за окном крупными хлопьями пошел снег. Он заметал все, что было плохого и грустного в ушедшем году, а заодно и всю прошлую Дашину жизнь.
… О елке они вспомнили только утром. Она так и стояла в прихожей, скрученная прочной веревкой, ненаряженная, забытая всеми виновница торжества. Дед Мороз предложил поставить ее сейчас – не зря же тащили в такую даль. «Не надо, я потом сама» - отказалась Даша. А когда за гостем закрылась дверь, сожгла на огарке свечи оставленный Венечкой телефон и выволокла подаренную елку во двор. Нести на свалку ни в чем не повинную, новенькую, неосыпавшуюся елку было жалко. Даша поставила ее в сугроб и долго смотрела, как на маленький зеленый оазис в огромной коробке двора. Слетались воробьи.
Она ни о чем не жалела. Просто с минуты на минуту должен приехать Игорь и подарить ей сковородку. А потом его мама будет учить Дашу варить холодец.
Уже у седьмого подъезда она обернулась, чтобы еще раз попрощаться с елкой. Но в место елки увидела бегущего по двору и отчаянно машущего ей обеими руками человека в красном. У Даши никак не получалось разглядеть его лицо – оно набухло и расплывалось, как это бывает, когда смотришь на что-нибудь через хрустальный елочный шар. Слизнув с губ соленую каплю, она прошептала: «Венечка», - и уткнулась в колючую синтетическую бороду Деда Мороза».

Лидия Васильева

Этот и другие материалы читайте в газете НВВ № 52  от 28.12.2012 г.
(Советск, Пижанка, Лебяжье, Верхошижемье, Арбаж)

(Яранск, Санчурск, Кикнур, Тужа)

Добавить комментарий:

You have no rights to post comments